ВОЛЬГА И МИКУЛА 

Когда воссияло солнце красное
На том ли на небушке на ясном,
Тогда родился молодой Вольга,
Молодой Вольга Святославович;
Как стал тут Вольга расти-матереть,
Захотелося Вольге много мудрости:
Щукой-рыбою ходить ему в глубоких морях,
Птицей-соколом летать под óблаки,
Серым волком рыскать да по чистым полям!
Уходили все рыбы во синие моря,
Улетали все птицы за óблаки,
Скакали все звери во темные леса!
Как стал Вольга расти-матереть,
Собирал себе дружинушку хоробрую:
Тридцать молодцев да без единого,
А сам-то Вольга тридцатым был;
Собирал Вольга жеребчиков темно-карих,
Темно-карих жеребчиков, мохноногих;
Вот сели они на добрых коней, поехали,
Поехали в города да за данию;
Выехали в раздольице чисто поле,
Услыхали во чистом поле орáтая:
Как пашет в поле оратай, посвистывает,
Сошка у оратая поскрипывает,
Омёшики по камешкам почиркивают;
Ехали-то день с утра до вечера —
Не могли до оратая доехати;
Они ехали да и другой день,
Другой день — ведь с утра до вечера,
Не могли до оратая доехати!
Тут ехали они третий день,
А и третий день еще до пóлудня,
И наехали в чистом поле на оратая:
Как пашет в поле оратай, посвистывает,
А бороздочки он да попахивает,
А пенья-коренья вывертывает,
А большие-то камни в бороздý вали́т;
У оратая кобыла солóвая,
Гужики у него да шелкóвые,
Сошка у оратая кленовая,
Омёшики на сошке булатные,
Присошечек у сошки серебряный,
А рогачик-то у сошки красна золота!
У оратая кудри качаются —
Как скатен жемчуг рассыпаются;
У оратая глаза да ясна сокола,
А брови у него да чёрна соболя.
Говорит тут Вольга таковы слова:
«Божья помощь тебе, оратай-оратáюшко!
Орать, да пахать, да крестьянствовати,
А бороздки тебе да пометывати,
А пенья-коренья вывертывати,
А большие-то каменья в борозду валить!»
Говорит оратай таковы слова:
«Спасибо тебе, Вольга Святославович!
Мне нужна Божья помощь крестьянствовати;
А куда ты, Вольга, едешь, куда путь держишь?»
Тут проговорил Вольга Святославович:
«Как пожаловал меня родной дядюшка,
Родной дядюшка да крестный батюшка,
Ласковый Владимир стольнокиевский,
Тремя да городами со крестьянами:
Первым городом — Кýрцовцем,
Другим городом — Ореховцем,
Третьим городом — Крестьяновцем;
Теперь еду в города да за данью я».
Тут проговорил оратай-оратаюшко:
«Ай же ты Вольга Святославович!
Как живут там мужички да всё разбойнички:
Они подрубят-то сляги калиновы
Да потопят тебя в речке во Смородине!
Я недавно там был — третьего дня 1:
Закупил я соли целых три меха 2,
Каждый мех-то был по сто пудов,
А и сам я — сорока пудов;
А тут стали мужички с меня гроши просить,
Я им стал-то ведь гроши делить,
А грошей-то стало мало оставатися,
Мужичков-то ведь да больше прибавлятися;
Потом стал-то я их отталкивать,
Стал отталкивать да кулаком грозить,
Положил тут их я ведь до тысячи:
Который стоя стоит — тот сидя сидит,
Который сидя сидит — тот лежа лежит».
Тут проговорил ведь Вольга Святославович:
«Ай же ты, оратай-оратáюшко!
Ты поедем-ка со мною во товарищах».
Тут ли оратай-оратаюшко
Гужики шелкóвые повыстегнул,
Кобылу из сошки повывернул;
Они сели на добрых коней, поехали,
Оратаевой кобылки хвост расстилается,
А грива-то у нее да завивается;
У оратая кобыла тихо пошла,
А Вольгин конь да вслед поскакивает,
У оратая кобыла рысью пошла,
А Вольгин конь отставать-то стал!
Говорит оратай таковы слова:
«Я оставил сошку во бороздочке,
А надо бы сошку мне схоронить,—
Не из-за прохожего-проезжего:
Маломощный-то наедет — взять нечего,
А богатый-то наедет — не позарится;
А из-за мужичка да деревенщины!
Как бы сошку из земельки повывернути,
Из омёшиков бы земельку повытряхнути
Да бросить сошку за ракитов куст?»
Тут Вольга-то Святославович
Посылает он дружинушку хоробрую —
Пять мóлодцев да ведь могучих,
Чтобы сошку из земли повыдернули,
Из омёшиков земельку повытряхнули,
Бросили бы сошку за ракитов куст;
Приезжает дружинушка хоробрая,
Пять молодцев да ведь могучих,
Ко той ли ко сошке кленовенькой;
Они сошку да вокруг вертя́т,
А не могут сошку из земли поднять,
Из омёшиков земельку повытряхнуть,
Бросить сошку за ракитов куст!
Тут молодой Вольга Святославович,
Посылает он дружинушку хоробрую —
Целым он да ведь десяточком;
Они сошку да вокруг вертя́т,
А не могут сошку из земли выдернуть,
Из омёшиков земельку повытряхнуть,
Бросить сошку за ракитов куст!
И тут ведь Вольга Святославович
Посылает всю дружинушку хоробрую,
Чтобы сошку из земли повыдернули,
Из омёшиков земельку повытряхнули,
Бросили бы сошку за ракитов куст;
Они сошку да вокруг вертят,
А не могут сошку из земли выдернуть,
Из омёшиков земельку повытряхнуть,
Бросить сошку за ракитов куст!
Тут оратай-оратаюшко
На своей на кобыле солóвенькой —
Приехал он ко сошке кленовенькой,
Он брал-то ведь сошку одной рукой,
Сошку из земли он повытряхнул,
Бросил сошку за ракитов куст!
А тут сели на добрых коней, поехали:
Оратаевой кобылки хвост расстилается,
А грива-то у нее да завивается,
У оратая кобыла тихо пошла,
А Вольгин конь вслед поскакивает;
У оратая кобыла рысью пошла,
А Вольгин конь да отставать стал;
Тут Вольга начал покрикивать,
Колпаком он стал да ведь помахивать:
«Ты постой-ка, оратай-оратаюшко!
Кабы эта кобыла коньком бы была,
За эту бы кобылу пятьсот дали».
Тут проговорит оратай-оратаюшко:
«Ай же глупый ты, Вольга Святославович!
Я купил эту кобылу жеребеночком,
Жеребеночком да из-под матушки,
Заплатил за кобылу пятьсот рублей;
Кабы эта кобыла коньком бы была,
Этой кобыле цены не было б!»
Тут проговорит Вольга Святославович:
«Ай же ты оратай-оратаюшко!
Как-то тебя да именем зовут,
Нарекают тебя да по отечеству?»
Тут проговорит оратай-оратаюшко:
«Ай же ты Вольга Святославович!
Я как ржи-то нажну да во скирды сложу,
Я во скирды сложу да домой вывезу,
Домой вывезу да дома вымолочу,
И я пива наварю да мужичков напою,
А тут станут мужички меня похваливати:
Молодой Микула Селянинович!»
Тут приехали ко городу ко Кýрцевцу,
Стали по городу похаживати,
Стали город рассматривати,
А жители-то стали поговаривати:
«Как этот третьего дня был да мужичков-то бил!»
А мужички-то стали собиратися,
Собиратися они да думу думати:
Как бы им прийти да извинитися,
Да им низко бы поклонитися;
Тут проговорил Вольга Святославович:
«Ах же ты Микула Селянинович!
Я жалую тебя тремя городами со крестьянами,
Оставайся здесь да ведь наместником,
Получай-ка ты дань да вместо меня!»
